How to draw a picture

История новой жизни миллионера Эдгара, в результате аварии лишившегося руки и чуть не лишившегося памяти и рассудка, чуть-чуть не дотянула до того, чтобы стать квинтэссенцией творчества Кинга. Хотя, может, все-таки стала.. Попробую объяснить почему.
Выписавшись из больницы, Эдгар переезжает во Флориду, в розовый дом на рифе Дюма, где нужно долго брести по песку, чтобы встретить другого человека, где по ночам слышно, как шуршит ракушками прибой, где в голову невольно закрадываются мысли о рае. И начинает рисовать картины, от которых закрадываются совсем другие мысли.
Сюрреалистические пейзажи и портреты, от которых кровь стынет в жилах. Чужие воспоминания и свои страхи. Пишет, чтобы унять зуд в несуществующей правой руке. Пишет настолько хорошо, что картины становятся чем-то большим.
Первая половина книги написана настолько хорошо, что дух захватывает. Воспоминания Эдгара о своей травме, лечении, поисках самого себя неверочтно талантливо написаны. И мистики в этих главах ровно столько, сколько нужно. А потом она (мистика) вдруг оказывается во главе угла, и книга скатывается до уровня отличного романа ужасов. Он страшный, да, ничего не скажешь. И красивый на редкость. Но это все равно проигрыш по сравнению с уровнем первых глав. То ли невозможность избежать старых ходов виновата, то ли еще что, но какое-то смутное сожаление о том, какой книгой мог быть "Duma Key", не покидает. Может, именно поэтому новый роман (а не "Темную башню") и можно назвать кинговским opus magnus, ведь (во всяком случае, для меня) для него как ни для кого другого характерно это ощущение восторга, смешанного с тонкой-тонкой грустью о чем-то упущенном и недостижимом. Ощущение, которое после "Duma Key" еще долго вас не оставит.